Христианская библиотека Логос

Главная Контакты Скачать
 
Главная >> Книги >> С описанием >> Просто христианство

Просто христианство

E-mail
Автор Клайв Льюис   
17:10:2008 г.
Оглавление
Просто христианство
Закон человеческой природы
Некоторые возражения
Реальность закона
Что скрывается за законом
У нас есть основание для беспокойства
Противоречивые понятия о Боге
Вторжение
Ошеломляющая алтернатива
Совершенный кающийся
Практическое заключение
Три части морали
Главные добродетели
Общественные нормы поведения
Мораль и психоанализ
Нравственность в области пола
Христианский брак
Прощение
Величайший грех
Любовь
Надежда
Вера
Вера (продолжение)
Сотворить — не значит родить
Бог в трех лицах
Время и за пределами времени
Благотворная инфекция
Упрямые оловянные солдатики
Два примечания
Воображение
Легко ли быть христианином?
Во что это обходится
Хорошие люди, или новое человечество
Новые люди

Воображение

Позвольте мне и эту главу начать двумя примерами, точнее, напомнить вам две истории, над которыми я попрошу вас задуматься. Одну из них — сказку «Аленький цветочек» — вы все читали. В этой сказке девушка должна была по какой-то причине выйти замуж за чудище. И она это сделала. Но прежде она поверила в любовь этого чудища, испытала на себе его доброту и сама попыталась ответить любовью. Когда она поцеловала чудище, как если бы оно было человеком, то, к великому ее облегчению, прямо на глазах чудище и на самом деле превратилось в прекрасного юношу, и зажили они в любви и согласии.
В другой истории рассказывается о человеке, который был вынужден носить маску. В этой маске он выглядел гораздо привлекательнее, чем без нее. Ему пришлось носить ее несколько лет, и когда он наконец снял ее, то обнаружил, что его лицо приняло очертания маски. Он воистину стал красивым. То, что было вначале притворной, ненастоящей красотой, стало реальностью.
Я думаю, обе эти истории могут (иносказательно, конечно) проиллюстрировать то, о чем я собираюсь говорить в этой главе. До сих пор я старался описывать факты — чем является Бог и что Он сделал. А сейчас я хочу перейти к практическому вопросу: что должны делать мы? Какой смысл имеет для нас вся эта теология? Возможно, мы почувствуем это уже теперь. Если вам достало интереса дочитать до этого места, надеюсь, вам хватит его и на то, чтобы сделать еще один шаг вперед, а именно: произнести молитвы. Чтобы вы ни сказали, вы, вероятно, повторите и слова той молитвы, которой научил нас Господь.
Вы помните, как она начинается? «Отче наш». Сейчас вы уже знаете, что эти слова значит. Они совершенно недвусмысленно свидетельствуют о том, что вы ставите себя в положение сына Божьего. Иными словами, вы облекаетесь в Христа, так сказать, воображаете себя Христом. В тот самый момент, когда до вас доходит смысл этих слов, вы начинаете понимать, что на самом деле вы — не сын Божий. Вы совсем не такое существо, как Сын, Чьи интересы, Чья воля абсолютно едины с интересами и волей Отца. Вы — комок сосредоточенных на самом себе страхов, надежд, жадности, зависти и самолюбия. И все это, вся ваша сущность, обречено на смерть. Таким образом, то, что вы берете на себя смелость уподобляться Христу — возмутительная самонадеянность. Но, странное дело, именно так Он и приказал нам вести себя.
Почему? Что за смысл выдавать себя за то, чем вы на самом деле не являетесь? Однако даже на человеческом уровне существуют, как вы знаете, два рода притворства — плохое и хорошее. В первом случае человек пытается кого-то обмануть: например, он притворяется, будто помогает вам, вместо того чтобы помочь на самом деле. Но второй, полезный вид притворства ведет к чему-то настоящему. Например, вам не хочется проявлять дружелюбие к X., но вы знаете, что должны его проявить; в таком случае правильнее всего вести себя так, как если бы вы были лучше, чем на самом деле. И через некоторое время вы действительно почувствуете к X. большее расположение, чем вначале. Всем нам это знакомо. Очень часто единственный путь ощутить реальность чего-то — это вести себя так, как если бы вы ее уже ощутили. Вот почему игры так важны для детей. Они ведь постоянно притворяются, будто они взрослые, — играя в войну или в магазин. Но с каждым разом мускулы их становятся тверже, а разум — острее, так что то, что они притворяются взрослыми, помогает им расти на самом деле.
Далее, в тот самый момент, когда вы сознательно говорите себе: «Вот, я воображаю, будто я Христос», вы, скорее всего, тут же чувствуете, каким образом возможно сделать это ваше «притворство» не столь явным, хоть чуточку приблизить его к реальности. Вы обнаруживаете, что думаете о таких вещах, о которых не думали бы, если бы действительно были сыном Божьим. Что ж, постарайтесь прогнать эти мысли. Или, быть может, вы внезапно поймете, что, вместо того чтобы произносить молитвы, вам следовало бы сесть за стол и написать письмо матери или отправиться на кухню и помочь жене вымыть посуду. Поднимитесь в таком случае и сделайте то, что вам подсказывает внутренний голос.
Видите, что происходит? Сам Христос, Сын Божий, человек (такой же, как мы с вами) и Бог (такой же Бог, как Его Отец), находится рядом с вами и уже в этот момент обращает ваше воображение в реальность. И это не высокопарные слова, выражающие лишь ту мысль, что ваша совесть подсказывает вам, что делать. Если вы прямо спросите вашу совесть, вы получите один ответ. Если вы помните, что вы воображаете себя Христом, ответ будет иной. Существует множество вещей, о которых ваша совесть не скажет вам прямо, что они плохи (особенно в стадии обдумывания), но которые вы сразу же отвергнете, если серьезно стараетесь подражать Христу. Потому что тогда вы не просто будете думать о том, что хорошо, а что плохо, но будете стараться подхватить благотворную инфекцию от этого Человека. Это скорее похоже на создание портрета, чем на подчинение определенным правилам. Интересно, что в некотором отношении это труднее, чем следовать правилам, зато в другом — гораздо легче.
Настоящий Сын Божий будет рядом с вами. Он начинает превращать вас в существо, подобное Самому Себе. Он начинает, так сказать, «прививать» вам Свой образ жизни и мыслей, вливать в вас присущую Ему зоэ. Он начинает превращать оловянного солдатика в живого человека. И конечно, та часть в вас, которая все еще остается оловянной, будет этому противиться.
Некоторые из вас могут заметить, что ничего подобного на своем опыте не испытывали. Вы можете сказать: «У меня никогда не было чувства, будто мне помогает невидимый Христос, зато люди часто мне помогали». В этой связи мне вспоминается анекдот из времен первой мировой войны об одной женщине, которая сказала: «Нашу семью не волнуют перебои с хлебом, мы все равно едим только гренки». Если у вас нет хлеба, то не будет и гренок. Если бы не было помощи Христа, вы не увидели бы и помощи людей. Он действует на нас самыми различными путями, а не только в рамках того, что мы называем «религиозной жизнью». Он действует через природу, через наши тела, через книги, иногда — через переживания, которые на первый взгляд могут показаться антихристианскими. Когда молодой человек, который ходил в церковь по привычке, осознает со всей искренностью, что он не верит в христианскую доктрину, и перестанет посещать церковь, то если его побуждает к этому стремление быть честным, а не желание пойти наперекор родителям, дух Христа, возможно, ближе к нему, чем прежде.
Но более всего Его Дух действует на нас через наше общение друг с другом. Люди — это зеркала, или «переносчики» Христа ближним. Иногда они и сами об этом не подозревают. «Благотворную инфекцию» могут переносить и те, кто ею не заражен. Мне, например, помогли прийти к христианству люди, которые сами не были христианами. Но, как правило, именно те, которые знают Его, приводят к Нему других. Вот почему роль Церкви, этой совокупности всех христиан, открывающих Его друг другу, настолько важна. Не будет преувеличением сказать, что в двух христианах, следующих вместе за Христом, христианство возрастает не в два, а в шестнадцать раз по сравнению с тем, когда они следовали за Ним в одиночку.
Но не забывайте, для грудного младенца естественно принимать молоко матери, не зная ее. Также и для нас поначалу естественно видеть человека, который помогает нам, и не видеть при этом стоящего за ним Христа. Однако мы не должны оставаться грудными младенцами. Мы должны идти вперед, должны понять, Кто посылает нам помощь. Не увидеть и не понять этого было бы безумием. Тогда нам осталось бы полагаться на людей; а это рано или поздно приведет к великому разочарованию. Даже лучшие из них допускают ошибки; и всем суждено умереть. Мы должны быть благодарны каждому из тех, кто оказал нам помощь, мы должны уважать и любить их, но никогда не полагаться абсолютно и безраздельно ни на одно человеческое существо, пусть это будет самый лучший, самый мудрый человек на свете. Вы можете делать массу прекрасных вещей из песка; только не пытайтесь строить на нем дом.
А теперь мы начинаем видеть то, о чем постоянно говорит Новый завет. Он говорит о христианах, «рожденных вновь», о людях «облекшихся в Христа»; о том, что Христос «изображается в нас»,о обретении «ума Христова». Сразу же отрешитесь от мысли, что все это — лишь сложная метафорическая форма для выражения той идеи, что христиане должны читать сказанное Христом и стараться проводить это в жизнь, подобно тому как человек читает Платона или Маркса и старается воплощать их идеи. Мысль в разной форме, но постоянно встречающаяся в Новом завете означает гораздо большее: реальный Христос — здесь, сейчас, в этой комнате, где вы произносите молитву — делает что-то для вас и с вами. Причем речь идет не о прекрасном человеке, умершем две тысячи лет тому назад, а о живом Человеке, все еще человеке в такой же степени, как и вы, но и Боге в такой же степени, в какой Он был Им, когда создавал мир. И вот этот живой Богочеловек приходит к вам и приступает к работе над вашим самым сокровенным, внутренним «я», убивает в вас ваше старое «я» и заменяет его другим, таким, каким обладает Он Сам. Вначале — всего на несколько мгновений. Затем — на более продолжительные отрезки времени. И наконец, если все идет хорошо. Он навсегда обращает вас в существо совершенно другого сорта — в нового маленького Христа, в существо, которое, по-своему, пропорционально своим возможностям, обретает тот же род жизни, который присущ Богу, в существо, которое разделяет силу Бога, Его радость, знание и бессмертие... Немного погодя, мы делаем два других открытия.
1) Мы начинаем замечать не только наши греховные поступки, но и нашу греховность. Другими словами, нас начинает беспокоить не только то, что мы делаем, но и то, чем мы являемся. Это звучит несколько сложно, и я постараюсь выразить ту же мысль яснее, прибегнув к личному своему примеру. Когда я готовлюсь к вечерней молитве и стараюсь припомнить все совершенные мною за день грехи, в девяти случаях из десяти самым очевидным будет нарушение заповеди любви к ближнему: я или сердился, или огрызался, или насмехался, или обрывал разговор, или кричал и возмущался. И в моем уме сразу же возникает оправдание: меня провоцировали: со мной заговорили неожиданно; меня застали врасплох: у меня не было времени собраться с мыслями. Все это как будто служит смягчающим обстоятельством: мое поведение могло бы быть гораздо хуже, если бы я это совершил сознательно, предварительно обдумав.
С другой стороны, все, что человек делает, когда его застают врасплох, — лучшее доказательство того, какой он в действительности. То, что срывается с языка, прежде чем будет время подавить свой порыв, выдает истинную суть. Если в подвале водятся крысы, то больше всего шансов увидеть их, если вы войдете туда неожиданно. Но не неожиданность порождает крыс; она только препятствует им вовремя скрыться. Точно так же не неожиданность повода или предлога делает меня вспыльчивым; она лишь обнаруживает мою вспыльчивость. Крысы в подвале живут постоянно, но если вы будете входить туда с криками и шумом, они спрячутся, прежде чем вы включите свет.
Очевидно, крысы противоборства и мстительности постоянно бытуют и в подвале моей души. Этот подвал находится за пределами досягаемости моей сознательной воли. До определенного предела я в состоянии контролировать свои действия, но над своим темпераментом прямого контроля я не имею. А если то, какие мы, важнее, чем наши поступки; если наши поступки важны (главным образом), постольку, поскольку показывают, кто мы, из этого следует, что перемена, которой мне предстоит подвергнуться, не может быть произведена посредством моих собственных усилий. Это относится и к хорошим поступкам. Много ли я совершил их под воздействием добрых побуждений? Сколько раз они были результатом того, что я боялся общественного мнения или испытывал желание показать себя с хорошей стороны? Сколько из них было совершено из-за своего рода упрямства или чувства превосходства, которые при других обстоятельствах могли привести меня к совершению плохих поступков? Но я не в состоянии с помощью прямого нравственного усилия пробудить в себе новые стимулы. Сделав всего несколько шагов по дороге христианства, мы начинаем понимать, что все необходимые перемены внутри наших душ могут быть произведены только Богом. И это подводит нас к чему-то такому, что в моей передаче до сих пор не совсем верно отражало истинное положение вещей.
2) Из моих слов могло создаться впечатление, что именно мы сами все и совершаем. В действительности же все изменения совершаются Богом, а не нами. Мы в лучшем случае не противимся тем переменам, которые Он производит в нас.
В каком-то смысле вы даже можете сказать, что это не мы, а Бог прибегает к воображению. В самом деле, Трехликий Бог видит перед Собой жадное, ворчливое, непокорное человеческое существо. Но Он говорит: «Давайте вообразим, будто это не простое существо, а Наш сын. Это существо похоже на Иисуса в том смысле, что Иисус тоже человек, потому что Он стал Человеком. Давайте вообразим, будто человек подобен Христу и по духу, и будем обращаться с ним, как если бы это соответствовало истине, хотя на самом деле это не так. Но мы представим себе, что наше воображение стало действительностью».
Бог смотрит на нас, как на маленького Христа; Христос стоит рядом, чтобы помогать нам превращаться в Него. Идея о Божьей игре в воображение звучит на первый взгляд странно. Но странно ли это в действительности? Разве не именно так существа более высокого порядка воспитывают тех, кто ниже их? Мать учит ребенка говорить, беседуя с ним, как если бы он ее понимал, задолго до того, как он действительно начнет понимать ее. Мы обращаемся с нашими собаками так, как если бы они были человеческими существами. Вот почему в конце концов они становятся «почти как люди».



 
 
Нашли опечатку? Выделите текст, нажмите Shift + Enter и отправьте нам уведомление.