Христианская библиотека Логос

Главная Контакты Скачать
 
Главная >> Книги >> С описанием >> Необузданное сердце

Необузданное сердце

E-mail
Автор Джон Элдридж   
17:10:2008 г.
Оглавление
Необузданное сердце
Необузданное сердце
Необузданный, по образу которого мы созданы
Вопрос, который волнует всех мужчин
Рана
Битва за мужское сердце
Голос отца
Исцеление раны
Выиграть сражение: враг
Выиграть сражение: стратегия
Спасти красавицу
Пережить приключение
Пишем следующую главу

11. ПЕРЕЖИТЬ ПРИКЛЮЧЕНИЕ

Слабей дыханье холодов;
Из льда страдания веков
Освободясь, пришли в движенье.
И громкий треск плывущих льдин
Сулит нам буйство вод весенних.
Хвала Творцу, наш век таков,
Что зло во множестве личин
Нас ловит каждое мгновенье,
Покуда мы не совершим
Тот грандиозный взлет души,
Какому не найти сравненья.*

Кристофер Фрай

Господь призывает вас туда, где утоление жажды этого мира будет приносить вам радость.

Фредерик Бучнер

По южному Орегону петляет река, берущая начало от горной цепи Каскейдс и текущая к побережью. Эта река моего детства, которая проложила себе путь в глубоких ущельях моей памяти. Маленьким мальчиком я провел много летних дней на реке Рог, занимаясь ловлей рыбы, купаясь и собирая ягоды; хотя чаще всего я ловил рыбу. Мне нравится название, которое дали этой реке французские охотники, – "Проказница". Это название было своеобразным благословением моих приключений – я был проказником на реке Рог.**

* Перевод Н.Бобровой.
** Английское название реки Rogue переводится как "проказник, шалун". – Примеч. пер.

Я очень дорожу своими воспоминаниями о тех золотых днях моего детства, поэтому прошлым летом я отвез туда Стейси и наших мальчиков, чтобы показать им реку и поделиться своими воспоминаниями. Лето в низовьях реки Рог очень засушливое и жаркое. Это особенно верно для второй половины июля, поэтому мы с нетерпением ждали возможности поплавать на байдарках, как следует вымокнуть и повеселиться от души.

Где-то между домиком Моррисона и отмелью Фостер над этой рекой нависает утес. В этом месте каньон сужается, река становится глубже и тише, прежде чем впасть в море. Высокие склоны утеса нависают с обеих сторон реки, и с северной стороны – до которой можно добраться только на лодке – утес носит название Джампинг. Мы всей семьей очень любим прыгать в воду с отвесных скал, особенно когда погода стоит сухая и жаркая, а прыжок обещает быть достаточно долгим, чтобы у вас перехватило дыхание, когда, пройдя теплый слой воды, вы погрузитесь туда, где темно и холодно, настолько холодно, что, задыхаясь, вы постараетесь поскорее вынырнуть назад, к солнцу. Утес Джампинг возвышается над рекой примерно на высоту двухэтажного дома; это достаточно высоко, чтобы вы успели досчитать до пяти, прежде чем коснетесь воды (прыгая с вышки в местном бассейне, вы едва досчитаете до двух). Поразительно, но скалы кажутся в два раза выше, когда мы смотрим вниз перед прыжком и каждая клеточка нашего тела говорит: "Даже и не думай об этом".

Поэтому вы не думаете, а заставляете себя взобраться на кручу и наслаждаетесь свободным падением, которое длится так долго, что вам кажется, за это время можно было бы прочитать про себя "Отче наш". Когда вы погружаетесь в холодную воду, все ваши чувства обострены, а когда вы выныриваете, ваши родные радостно приветствуют вас, и что-то внутри вас тоже радуется, потому что вы сделали это. В тот день мы все прыгнули: сначала я, затем Стейси, Блейн, Сэм и даже Люк. И еще какой-то здоровый неуклюжий парень, который уже собирался спускаться вниз, увидев, с какой высоты придется лететь; но он все-таки прыгнул, потому что, посмотрев на прыжок Люка, не смог бы жить дальше, зная, что струсил, что не смог сделать того, на что решился шестилетний мальчишка. После первого прыжка вы должны прыгнуть еще раз – отчасти потому, что вы не верите, что сделали это, отчасти потому, что страх уступает место восторгу. Мы погрелись на солнышке, а затем... снова ринулись вниз.

Так я хотел бы прожить всю свою жизнь. Я хотел бы любить еще более страстно, не ожидая, что меня полюбят в ответ. Я хотел бы уходить с головой в творческую работу, достойную Бога. Я хотел бы участвовать в битве при Баннокберне, пройти по воде вслед за Петром, откликнувшимся на призыв Иисуса, молиться об исполнении истинных желаний своего сердца. Как сказал поэт Джордж Чапмен,

Дай мне дух, который в бурном море этой жизни
Любит, чтобы сильный ветер надувал его паруса.
Даже если его палуба трещит, а мачты гнутся.
И его корабль так сильно кренится на один бок,
Что можно зачерпнуть воды и увидеть, как киль рассекает воздух.

Жизнь – это не задача, которая требует решения, это приключение, которое надо прожить. В этом заключается ее суть, и такой она была всегда с начала времен, когда Господь написал для этой драмы захватывающий сценарий и сказал, что это хорошо. Бог устроил мир таким образом, что он открывается для нас лишь тогда, когда риск становится лейтмотивом нашей жизни, а это, в свою очередь, происходит лишь тогда, когда мы живем верою. Мужчина не будет счастлив до тех пор, пока его работа, любовь и духовная жизнь не станут для него приключением.

Правильный вопрос

Несколько лет назад я листал введение к одной книге и вдруг наткнулся на предложение, изменившее мою жизнь. Бог подходит к нам сугубо индивидуально и обращается к нашим сердцам совершенно особым для каждого образом – не только с помощью Библии, Он использует для этого все творение. Со Стейси Он разговаривает посредством фильмов. С Крейгом посредством рок-н-ролла (только вчера он позвонил мне и сказал, что песня "Running Through the Jungle" вдохновила его на чтение Библии). Ко мне Божье слово приходит по-разному – когда я наблюдаю рассвет, или общаюсь с друзьями, или смотрю фильмы, или слушаю музыку, или отдыхаю на природе, или читаю книги. Но особенно забавно это бывает с книгами. Бродя по букинистическому магазину, я могу вдруг "услышать", как один из тысячи томов как будто говорит мне: "Возьми меня", прямо как писал Августин в своей "Исповеди": tolle legge – возьми и прочти. Как умелый рыболов, Бог забрасывает удочку в воду, где плавает форель. Во введении к одной книге, которую я взял в тот день, автор (Джил Бейли) поделился с читателями советом, который дал ему его духовный наставник:

Не спрашивай, что надо этому миру. Спроси себя, что возрождает тебя к жизни, и занимайся этим, так как миру нужны люди, которые возродились к жизни.

Эта фраза меня настолько заинтересовала, что я онемел от изумления. Внезапно я понял, насколько отвратительной была вся моя жизнь до этого момента; я осознал, что жил по сценарию, написанному для меня кем-то другим. Всю свою жизнь я просил мир сказать мне, что надо делать. Это принципиально отличается от того, когда вы просите дать вам совет или консультацию; на самом деле я хотел освободиться от ответственности, и особенно от необходимости рисковать. Я хотел, чтобы кто-то другой сказал, каким мне надо быть. Слава Богу, этому не суждено было сбыться. Я не смог долго жить по сценарию, который мне вручили. Он не подошел мне, как Саулу его оружие. Мир позеров не может предложить вам ничего иного, кроме как самому стать позером. Как сказал Бучнер, нам постоянно угрожает опасность стать не актерами в драме нашей жизни, а подопытными существами, "идти туда, куда направляет нас мир, плыть по течению вместе со всем, что происходит вокруг, пытаясь угнаться за сильнейшими". Прочитав совет, данный Бейли, я знал, что это Бог говорил со мной. Это было приглашение оставить землю Ур. Я положил книжку на место, даже не взглянув на следующую страницу, и вышел из магазина, чтобы отправиться на поиски жизни, которую стоит прожить.

Я подал заявление с просьбой принять меня в аспирантуру и был принят. Учеба способствовала не только моему карьерному росту; благодаря изменениям, которые произошли со мной в процессе обучения, я стал писателем, психологом и оратором. Изменилась вся траектория моей жизни, а вместе с этим жизнь многих и многих других людей. Но я едва не отказался от этого пути. Видите ли, когда я подал заявление, у меня не было ни цента, чтобы оплатить учебу. Я был женат, у меня было трое детей, и мне надо было выплачивать проценты по ипотеке; в этот период жизни большинство мужчин полностью отказываются от своих мечтаний. Риск кажется им слишком большим. Помимо этого, в тот момент мне позвонили из одной фирмы в г. Вашингтоне и предложили работу, сулившую невероятные заработки. Я оказался бы в престижной компании, вращался бы в очень влиятельных кругах и зарабатывал бы большие деньги. Таким образом Господь еще больше усложнил ситуацию, проверяя мою решимость. Один путь вел к моей мечте, исполнению желаний, за которые я не мог заплатить, и совершенно неопределенному будущему; другой – к успеху, уверенному продвижению по карьерной лестнице и совершенной потере моей души.

На ближайших выходных я отправился в горы, чтобы привести в порядок свои мысли. Жизнь кажется более понятной, когда стоишь один на берегу горного озера с удочкой в руке. Когда я взобрался на Холи Кросс Уилдернесс, мне показалось, что я освободился от своего ложного образа и влияния этого мира. На второй день Господь заговорил со мной: "Джон, ты можешь согласиться на это предложение, если хочешь. Это не грех. Но эта работа убьет тебя, и ты знаешь это". Он был прав; устроиться на эту работу означало согласиться жить в соответствии со своим ложным образом. "Если ты хочешь следовать за Мной, – продолжил Он, – ты должен выбрать другой путь". Я прекрасно знал, о чем Он говорил, – "другой путь" вел к неизведанному, к новым возможностям и перспективам. На следующей неделе удивительным образом последовало еще три звонка. Первый был из той фирмы в Вашингтоне; я сказал им, что не подхожу для этой работы и им следует поискать кого-то другого. Когда я повесил трубку, мое фальшивое "я" прокричало: "Что ты делаешь?!" На следующий день раздался еще один звонок; это была моя жена. Она сказала, что звонили из аспирантуры и интересовались, когда я внесу первый взнос за обучение. На третий день мне позвонил мой старый друг, который молился за меня и за мое решение. "Мы думаем, что тебе надо пойти учиться, – сказал он, – и мы хотим оплатить твое обучение".

Из двух дорог на перепутье в лесу
Я выбрал самую нехоженую,
И после этого все изменилось.

Чего вы ждете?

Где бы мы были сегодня, если бы Авраам, выслушав предложение, которое сделал ему Бог, осторожно взвесил все "за" и "против", и решил, что ему будет лучше, если он останется в Уре, сохранив свою медицинскую страховку, три недели оплачиваемого отпуска и пенсионные накопления? Что бы произошло, если бы Моисей послушался совета своей матери "никогда не играть со спичками" и вел бы себя осторожно и осмотрительно, избегая всяких горящих кустов? У нас не было бы Евангелия, если бы Павел пришел к выводу, что жизнь фарисея, возможно, и не является воплощением всех мужских мечтаний, но по крайней мере она предсказуема и безусловно более стабильна, чем та, которая ожидает его, если он последует за голосом, который слышал по пути в Дамаск. В конце концов, люди часто слышат всякие голоса, и кто знает, Бог ли говорит с ними или им это кажется. Где бы мы были, если бы Иисус Христос не был страстным, необузданным и романтичным? Подумайте о том, что нас вообще не было бы на свете, если бы Господь не пошел на огромный риск, сотворив человека.

Большинство мужчин тратят свою энергию на то, чтобы как можно меньше подвергаться риску, свести его к минимуму. Их дети слышат "нет" гораздо чаще, чем "да"; их сотрудники чувствуют себя связанными по рукам и ногам, так же, как и их жены. Если у них получается сделать свою жизнь безопасной, не рисковать, они сплетают себе кокон и при этом удивляются, почему им нечем дышать. Если же это не получается, они проклинают Бога, удваивают свои усилия и страдают от повышенного давления. Если вы присмотритесь к тому фальшивому образу, который человек пытается создать, то увидите, что в нем всегда присутствуют две составляющие: стремление повысить свою компетентность в каком-то вопросе и отказ от всего, что невозможно держать под контролем. Как сказал Дейвид Уайт, "цена нашей живучести складывается из суммы всех наших страхов".

В Книге Бытие мы читаем, что за убийство брата Господь обрек Каина на жизнь изгнанника и скитальца; прочитав еще пять библейских стихов, мы узнаем, что Каин построил город (см.: Быт. 4:12, 17). Нежелание верить Богу и стремление держать все под своим контролем сидит в каждом мужчине. Уайт рассуждает о противоречии, существующем между желанием фальшивого "я" "получить власть над происходящим, контролировать все события и их последствия и желанием души получить власть благодаря происходящему, невзирая на то, что именно будет происходить". Вы в буквальном смысле жертвуете своей душой и своей настоящей силой, когда стремитесь все контролировать, как тот парень из притчи, рассказанной нам Иисусом. Он решил, что справится с жизненными трудностями, избавится от всех проблем, построив большие житницы, но в ту же ночь умер (см.: Лк. 12:16-20). "...Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит?" (Мк. 8:36). Между прочим, вы можете потерять душу задолго до того, как умрете.

У канадского биолога Фарли Моуота была мечта – изучать жизнь волков в естественной среде их обитания, в дикой местности на Аляске. В основу книги "Волк, который не плачет" легли впечатления от его исследовательской экспедиции. Моуот стал прототипом главного героя фильма, снятого по этой книге, – профессора Тайлера, книжного червя, который имел очень слабое представление о жизни в экспедиции. Тайлер нанимает опытного летчика с Аляски, Роузи Литтла, чтобы тот глубокой зимой доставил его вместе с оборудованием в долину Блэкстоун. Пока они летят на маленьком одномоторном самолете над одной из самых прекрасных, труднопроходимых и опасных местностей на земле, Литтл расспрашивает Тайлера о секретной цели его экспедиции:

Литтл: Скажи-ка мне, Тайлер... что особенного в этой долине Блэкстоун? Что там есть? Марганец? (Тишина.) Ну, уж точно не нефть. Может быть, золото?
Тайлер: Трудно сказать.
Литтл: Ты умный мужчина, Тайлер... держишь при себе свои планы. Все мы здесь золотоискатели, не так ли, Тайлер? Все что-то роем... ищем в земле...
(После паузы.) Я раскрою тебе один секрет, Тайлер. Золото находится не в земле. Золота здесь нет. Настоящее золото гораздо южнее, оно сидит в своей гостиной, таращится в ящик и умирает от скуки. Умирает от скуки, Тайлер.

Внезапно мотор самолета издает несколько кашляющих звуков, затем раздается треск, хрип... и он замирает. Слышно, лишь как ветер треплет крылья самолета.

Литтл: (Со стоном.) О, Боже.
Тайлер: Что случилось?
Литтл: Возьми штурвал.

Литтл передает штурвал самолета Тайлеру (который в жизни не летал на самолетах) и принимается нервно искать что-то в старом ящике с инструментами, находящемся между сиденьями. Не сумев найти то, что искал, Литтл начинает психовать. С криками он выворачивает содержимое ящика на пол. Затем так же внезапно успокаивается, трет лицо руками.

Тайлер: (По-прежнему паникуя и пытаясь управлять самолетом.) Что случилось?
Литтл: Скучно, Тайлер. Скучно... вот что случилось. Что может победить скуку, Тайлер? Приключение. ПРИКЛЮЧЕНИЕ, Тайлер!

С этими словами Литтл распахивает дверь самолета и практически исчезает за ней, ударяя по чему-то – возможно, по замерзшей трубе для подачи топлива. Мотор снова заводится как раз в тот момент, когда они чуть не врезаются в горный склон. Литтл хватает штурвал и направляет самолет круто вверх, едва не задевая вершину горы, а затем вниз, навстречу прекрасной долине.

Возможно, Роузи Литтл был сумасшедшим, но он был гением. Он знал тайну мужской души и лекарство от хвори, что мучила его. Слишком много мужчин отказались от своей мечты, так как не хотели рисковать, или боялись, что не выдержат испытание, или из-за того, что им никто не говорил, что те желания, которые скрыты в глубине их душ, хорошие. Но душа мужчины, которую Литтл называет настоящим золотом, создана не для того, чтобы держать все под контролем; она создана для приключений. В нас сохранились какие-то слабые воспоминания о том, что когда Господь поселил человека на земле, он возложил на него невероятную миссию – Он дал человеку разрешение исследовать, строить, завоевывать и заботиться обо всем созданном Им. Это был чистый лист, который надо было заполнить, холст, на который надо было нанести краски. Так что, дорогие мои, Бог не забирал назад своего разрешения. Оно все еще у нас, и мир ждет, что мужчина воспользуется им.

Если бы у вас было разрешение делать то, что вам хочется, что бы вы стали делать? Не спрашивайте как, этим самым вы убьете свое желание. Как – это неправильный вопрос, вопрос человека, лишенного веры. Он означает следующее: "Пока я ясно не увижу свой путь, я не поверю в него, не отважусь пойти по нему". Когда ангел сказал Захарии, что его жена в преклонных годах родит ему сына по имени Иоанн, Захария спросил, как такое возможно, и за это был поражен немотой. Вопрос как находится в ведении Бога. Он же спрашивает вас: Что? Что запечатлено в вашем сердце? Что возрождает вас к жизни? Если бы вы могли сделать то, чего вам всегда хотелось, что бы это было? Видите ли, призвание мужчины запечатлено в его сердце, и узнать, в чем оно состоит, он сможет лишь тогда, когда перестанет сдерживать свои глубинные желания. Перефразируя Бейли, скажу: не спрашивайте себя о том, что нужно миру, спросите себя, что возрождает вас к жизни, потому что миру нужны мужчины, которые возродились к жизни.

Должен заметить, что приглашение в новую жизнь, которое я получил в книжном магазине, было выдано мне на том этапе моего христианского пути, когда мой характер претерпел такие изменения, что, получив его, я не отказался от него и не совершил какой-нибудь глупый поступок. Я знаком с мужчинами, которые трактовали подобные советы как разрешение оставить свою жену и сбежать с секретаршей. Они заблуждаются насчет того, чего на самом деле хотят и для чего сотворены. Когда Бог создавал этот мир, у Него был определенный замысел, и если мы нарушаем его, то лишаемся надежды найти жизнь. Так как наши сердца находятся слишком далеко от родного дома, Бог дал нам закон как своеобразное ограждение, помогающее нам не сорваться в пропасть. Целью нашего духовного пути является изменение сердца, и мальчик, которому нужен закон, должен стать мужчиной, который может жить, повинуясь Духу закона. "Я говорю: поступайте по духу, и вы не будете исполнять вожделений плоти... <...> Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание. На таковых нет закона" (Гал. 5:16, 22-23).

Жизнь мужчины становится приключением и обретает высший смысл, когда он бросает попытки держать все под контролем и возвращается к мечтам своего сердца. Иногда эти мечты похоронены так глубоко, что требуется их раскапывать. Для этого надо обратить внимание на свои желания. Вспомните свое прошлое, те моменты, когда вам нравилось то, что вы делали. По мере того как мы растем, меняются детали и обстоятельства, но основная тема остается неизменной. Например, еще мальчиком Дейл был главным заводилой в компании мальчишек, живших по соседству; в колледже он стал капитаном команды теннисистов. Он чувствует себя полным жизни, находясь во главе какой-то группы людей. Для Чарлза этой основной темой стало искусство, в детстве он постоянно рисовал. В школе больше всего ему нравились уроки лепки. Окончив колледж, он бросил рисование. И возродился к жизни только в возрасте пятидесяти одного года, когда вновь занялся любимым делом.

Чтобы вспомнить желания своего сердца, мужчине нужно отвлечься от шума и развлечений повседневной жизни и побыть наедине со своей душой. Ему надо отправиться на природу, послушать тишину, насладиться одиночеством. Оставшись наедине с самим собой, он должен позволить подняться на поверхность тому, что было погребено в его душе. Там, под слоем горечи и печали, находятся давно забытые желания. Иногда, когда мужчина начинает думать, будто то, что возрождает его к жизни, является порочным, первым на поверхность может выйти соблазн. В этом случае он должен спросить себя: "А какое желание скрывается за этим желанием? Что стоит за тем, что, как мне кажется, я найду в своей душе?" Когда желание все же начнет подниматься на поверхность, мы угадаем, что за ним стоит, если позволим из глубины своей души подняться крику, как сказал Уайт, крику, "который трудно расслышать, который напоминает о забытой смелости и о том, что нам нужна другая жизнь, а не повышение зарплаты".

Я столько раз смотрел с тоской
На мраморное изваянье,
Что скульптор высек для меня, – корабль
Со свернутыми парусами, обретший в гавани покой.
Скульптура эта, говоря по правде,
Не цель являет ту, что я достигнул,
А только жизнь, какою жил я, ибо,
Когда пришла любовь, я убоялся
Возможного крушения иллюзий;
Толкнулось горе в дверь мою –
От страха на стук я не ответил;
Честолюбье меня позвало, но ловить удачу
Я не посмел. При этом, как ни странно,
Всю жизнь я тщился жизни смысл найти.
Теперь-то мне понятно: должен каждый
Поднять все паруса без промедленья,
Чтоб ветр судьбы своей поймать бесстрашно,
Куда бы он ни направлял корабль.
Стремленье в жизнь добавить смысл
Есть путь к безумью,
А жизнь без смысла – это словно пытка
Неясной и томительной мечтою:
Точь-в-точь корабль, который рвется в море
И сам страшится своего желанья.*

* Эдгар Ли Мастерс. – Перевод Н.Бобровой.

Навстречу неизвестности

"Духовную жизнь невозможно уподобить жизни в провинции, – сказал Говард Мейси. – Скорее ее можно назвать жизнью в приграничной крепости, и мы, жители этой крепости, должны смириться с тем, что наша жизнь всегда будет неспокойной и неустроенной, и радоваться этому". Самое большое препятствие на пути осуществления наших желаний – это наше фальшивое "я" и его ненависть к тайне. Понимаете ли, это серьезная проблема, потому что тайна – это неотъемлемая часть приключения. Более того, тайна составляет сущность вселенной и Бога, Который создал ее. Любая важная сторона жизни мужчины – его отношения с Богом, другими людьми, его призвание, духовная битва, в которой он принимает участие, – пронизана тайной. И это неплохо; тайна – это радостная, прекрасная часть реальности, основная составляющая нашей души, стремящейся к приключениям. Как сказал Освальд Чамберс,

От природы мы настолько склонны все просчитывать и рассчитывать, что смотрим на неопределенность как на некое зло... Определенность – это признак жизни, основанной на здравом смысле; неопределенность – это признак духовной жизни. Быть уверенным в Боге значит быть неуверенным во всем остальном, ведь мы не знаем, что день грядущий нам готовит. Обычно эти слова произносят с печальным вздохом; на самом же деле они должны быть выражением напряженного ожидания. – My Utmost for His Highest

В отношениях с Богом формулы не действуют. Точка. Поэтому и у людей, следующих за Ним, не должно быть шаблонов и стереотипов. Бог – это Личность, а не доктрина. Он действует не как программа – даже не как богословская система, – а как по-настоящему живая, свободная личность. "Божьи владения опасны, – сказал архиепископ Антоний, – и вы должны вступить туда, а не собирать о них информацию". Вспомните Иисуса Навина и взятие Иерихона. Израильтяне готовятся нанести свой первый удар для захвата земли обетованной, и от этого момента зависит слишком многое – боевой дух воинов, их доверие Иисусу Навину, не говоря уже об их репутации. Это их день "Д" – день начала операций, если можно так сказать, и слух об этом должен был разлететься повсюду. Как Господь решил дать хорошее начало этому предприятию? Он велел израильтянам ежедневно в течение шести дней обходить город, трубя в трубы; а на седьмой день обойти город семь раз и затем всем вместе воскликнуть громким голосом. Конечно, это сработало. Но знаете что? Израильтяне поступили так только один раз и никогда больше эту тактику не применяли.

Давайте еще раз вспомним о Гедеоне и его войске, численность которого была сокращена с тридцати двух тысяч до трехсот человек. Какой план атаки был у них? Использовать светильники и пустые кувшины. Это тоже прекрасно сработало, и, как и в случае с Иисусом Навином, израильтяне больше никогда так не поступали. Вспомните Иисуса Христа, исцеляющего слепых. Он никогда не исцелял одним и тем же способом. Надеюсь, вы уловили мою мысль, потому что церковь в этом вопросе пошла на поводу у мира. Современный мир ненавидит тайну; мы отчаянно стремимся найти способ контролировать свою жизнь, и кажется, нашей науке удалось выстроить самую высокую Вавилонскую башню. Не поймите меня неверно – наука подарила нам много прекрасных достижений в области медицины, санитарии и автомобилестроения. Но мы устали пользоваться этими достижениями, забывая о своей душе. Мы берем новейшие методы развития маркетинга, самые последние изыски в сфере менеджмента и пытаемся использовать их в служении. Проблема современного христианства, зацикленного на разных принципах, заключается в том, что они делают невозможным любой откровенный разговор с Богом. Найдите принцип, следуйте ему – а зачем тогда вам нужен Бог? Поэтому Освальд Чамберс предупреждает нас: "Никогда не возводите в принцип свой личный опыт; позвольте Богу быть оригинальным с другими людьми так же, как и с вами".

Оригинальность и творчество – неотъемлемая часть любой личности и мужской силы. Когда начинается приключение, наша подлинная сила высвобождается, если мы больше не надеемся на формулы. Бог – невероятно творческая Личность, и Он хочет, чтобы Его сыновья жили подобно Ему. Это прекрасно показано в фильме "Поиски потерянного ковчега". Конечно, Индиана Джонс – герой-хулиган, который легко справляется с загадками античной истории, красавицей и сорока пятью противниками. Но настоящее испытание начинается для мужчины тогда, когда вся его изобретательность ни к чему не приводит. Когда Индиана наконец-то находит знаменитый ковчег, немцы крадут его у него и грузят в грузовик. Они вот-вот готовы уехать и увезти с собой его мечту. Джонс и два его спутника беспомощно смотрят, как победа, которая была так близка, ускользает от них. Но Индиана не сдается; о нет, игра для него только начинается. Он говорит своим друзьям:

Джонс: Возвращайтесь в Каир и придумайте, как нам добраться до Англии... наймите лодку, самолет, что-нибудь. Встретимся в Омарсе. Ждите меня. Я отправляюсь за грузовиком.
Солак: Как?
Джонс: Я не знаю... выясню по пути.

Когда речь заходит о жизни и любви, от вас требуется готовность погрузиться в происходящее с головой и действовать творчески. Вот лишь один пример: несколько лет назад одним воскресным вечером, возвращаясь домой из поездки, я застал своих мальчиков играющими перед домом. Стоял ноябрь, и было слишком холодно, чтобы играть во дворе, поэтому я спросил их, что происходит. "Мама выставила нас за дверь". Зная, что Стейси никогда просто так не наказывает детей, я стал допытываться, что они натворили, но они уверяли меня, что ничего плохого не сделали. Поэтому я направился к дому, чтобы услышать вторую часть истории. "На твоем месте я бы туда не ходил, папа, – предупредил Сэм. – У нее плохое настроение". Я слишком хорошо знал, что он имеет в виду. Дом был закрыт; внутри было темно и тихо.

А теперь я хочу спросить мужчин, которые читают эти строки: что на самом деле мне очень хотелось сделать в тот момент? Убежать. И носу домой не показывать. Держаться от него подальше. И знаете что? Я мог бы остаться во дворе и притвориться хорошим отцом, играющим в догонялки со своими сыновьями. Но я устал играть эту роль; я делал это многие годы. Слишком часто я вел себя как трус, и мне это до смерти надоело. Я открыл дверь, вошел в дом, поднялся по лестнице, зашел в нашу спальню, сел на кровать и задал вопрос, который мужья больше всего боятся задавать своим женам: "Что случилось?" Ведь вы никогда не знаете, какой будет ответ. Женщина не хочет, чтобы отношения с ней строились по формулам, и уж конечно она не хочет, чтобы к ней относились как к проблеме, которую надо каким-то образом разрешить. Она не хочет, чтобы ее решали, как задачу, она хочет, чтобы ее познавали. Мейсон абсолютно прав, когда называет брак "неосвоенной землей".

То же самое верно и в отношении духовных сражений, в которых мы принимаем участие. После того как союзные войска высадились во Франции, они столкнулись с препятствием, которое никто специально для них не создавал: с живыми изгородями. Каждое поле от берега моря до Вердена было огорожено стеною из земли, кустов и деревьев. На снимках, сделанных с самолета, эти изгороди были видны, но союзные войска решили, что они похожи на изгороди, которые встречаются в Англии, – высотой около шестидесяти сантиметров. Изгороди, с которыми они столкнулись в Нормандии, были около трех метров, совершенно неприступные, напоминающие настоящие крепости. Если бы союзники использовали для прохода только калитки, ведущие на поле, то были бы уничтожены немецкими пулеметчиками. Если бы они попытались использовать лишь танки, то подорвались бы на противотанковых минах. Им пришлось импровизировать. Американские мальчишки, выросшие на фермах, оснащали передок танков всевозможными хитроумными приспособлениями, что позволяло им пробивать дыры для подрыва изгородей или прорываться прямо через них. Один капитан заметил:

Я кое-что понял про американскую армию, хотя до этого такие мысли ни разу не приходили мне в голову. Несмотря на то что жизнь американских солдат в гарнизоне очень жестко регламентирована и излишне формализована, когда они оказываются на войне, они расслабляются и личная инициатива выходит вперед, позволяя им делать то, что от них требуется. Подобная гибкость – самая сильная черта американской армии времен Второй мировой войны. – Citizen Soldiers

Именно изобретательность янки позволила им стать в ряды победителей в этой войне. То же самое происходит и в настоящий момент: мы оказались на поле боя, не получив необходимых инструкций, и рядом с нами есть лишь несколько человек, которые могут показать, как надо сражаться. Слишком многое нам придется узнавать самостоятельно. Мы знаем, в какие дни посещать церковь; нас научили, что нельзя клясться, пить и курить. Мы знаем, как быть хорошими. Но на самом деле мы не знаем, как нужно сражаться, и нам придется научиться этому уже в бою. Именно там закалится, увеличится и проявится наша сила. Мужчина показывает себя с лучшей стороны, когда бросается на поиски приключений, не контролируя то, что с ним происходит, или когда он вступает в бой, не будучи уверенным в победе. Как написал Антонио Мачадо,

У мужчины есть четыре вещи,
Которые бесполезны в море, –
Руль, якорь, весла
И страх утонуть.

От формулы к отношениям

Я не говорю, что христианская жизнь должна быть хаотичной, а настоящий мужчина безответственным. Позер, который безрассудно тратит свои деньги на ипподроме или в игровых автоматах, – не мужчина, он – глупец. Лодырь, который бросает работу и заставляет идти работать свою жену, чтобы самому сидеть дома и отрабатывать свой удар клюшкой для игры в гольф, надеясь стать профессионалом, "хуже неверного" (1 Тим. 5:8). На самом деле я хочу сказать, что наше фальшивое "я" требует предъявить ему формулу, прежде чем оно позволит нам начать действовать; ему нужны гарантии успеха, но вы их не получите. Поэтому в жизни мужчины приходит время, когда он вынужден порвать со всем этим и отправиться вперед, навстречу неизвестности, вместе с Богом. Это решающая часть нашего пути, и если мы не сделаем этого, то наше путешествие закончится.

До наступления момента величайшего испытания Адама Бог не давал ему детального плана, не давал никакой формулы, для того чтобы он решал свои проблемы. Это не было пренебрежением, таким образом Господь оказывал честь Адаму. Ты – мужчина; и ты не нуждаешься в том, чтобы Я водил тебя за ручку. Ты можешь справиться со всем сам. Господь предложил Адаму дружбу. Первый человек не был обречен на жизнь в одиночестве; на закате дня он прогуливался с Богом, и они разговаривали о любви, браке и творчестве, о тех уроках, которые Адам получил, и тех приключениях, которые его ждали. То же самое Господь предлагает и нам. Как сказал Чамберс,

И в нашей жизни однажды раздается загадочный зов Божий. Этот зов никогда не звучит отчетливо, он всегда невнятен. Зов Бога похож на зов моря, который слышат лишь те, в ком есть что-то морское. Невозможно четко определить, к чему призывает нас Бог, потому что Его цели известны лишь Ему, и услышать Его зов можно, лишь установив с Ним дружеские отношения. Нам же надо поверить в то, что Бог знает, что делает. – My Utmost for His Highest; курсив мой. – Дж.Э.

Единственный способ выжить в этом приключении – со всеми его опасностями, неожиданными поворотами и невероятно высокими ставками – это установить близкие отношения с Богом. Контроль над жизнью, к которому мы так отчаянно стремимся, – это иллюзия. Будет гораздо лучше, если вы откажетесь от него в обмен на дружбу, предложенную вам Богом; отложите жесткие формулы, чтобы завязать неформальные дружеские отношения. Авраам знал это, знал и Моисей. Прочитайте первые главы Книги Исход – в них Моисей и Господь постоянно обмениваются репликами. "Бог сказал Моисею", "и сказал Моисей Богу". Оба ведут себя так, будто знают друг друга, будто они на самом деле близкие приятели. Давид – человек, угодный Богу, – также шел по жизни, воевал и любил, находясь в близких отношениях с Богом.

Когда Филистимляне услышали, что Давида помазали на царство над Израилем, то поднялись все Филистимляне искать Давида. И услышал Давид, и пошел в крепость. А Филистимляне пришли и расположились в долине Рефаим. И вопросил Давид Господа, говоря: идти ли мне против Филистимлян? Предашь ли их в руки мои? И сказал Господь Давиду: иди, ибо Я предам Филистимлян в руки твои. И пошел Давид, в Ваал-Перацим, и поразил их там... <...> И пришли опять Филистимляне, и расположились в долине Рефаим. И вопросил Давид Господа, и Он отвечал ему: не выходи навстречу им, а зайди им с тылу и иди к ним со стороны тутовой рощи; и когда услышишь шум как бы идущего по вершинам тутовых дерев, то двинься, ибо тогда пошел Господь пред тобою, чтобы поразить войско Филистимское. И сделал Давид, как повелел ему Господь, и поразил Филистимлян от Гаваи до Газера. – 2 Цар. 5:17-20, 22-25

И опять мы видим, что у Давида не было жестких формул; он менял свои планы по мере развития событий, полагаясь на советы Бога. Так живет каждый друг и собеседник Божий. Иисус сказал: "Я уже не называю вас рабами, ибо раб не знает, что делает господин его; но Я назвал вас друзьями, потому что сказал вам все, что слышал от Отца Моего" (Ин. 15:15). Бог назвал вас Своими друзьями. Он хочет разговаривать с вами – лично, часто. Как написал Дейвид Уиллард, "идеальные условия для Божьего водительства – это... отношения, построенные на диалоге с Богом: подобные отношения устанавливаются между друзьями, которые являются сформировавшимися личностями, имеющими общее дело". Весь наш путь к настоящей мужественности должен сопровождаться постоянными беседами с Богом на закате дня. Простые вопросы превращают препятствия в приключение; простые события нашей жизни превращаются в возможность инициации. "Чему Ты хочешь научить меня, Господи? Что Ты просишь меня сделать... или не делать? К чему в моем сердце Ты взываешь?"

Продвигаясь все дальше и дальше

Уже многие годы я хочу забраться на одну из самых высоких горных вершин – может быть, на Денали, а потом, вероятно, и на Эверест. Что-то взывает к моему сердцу каждый раз, когда я вижу фотографии этих вершин или читаю сообщение о еще одной попытке их покорить. Дикая природа, очарование которой я познал, влечет меня, но кроме этого во мне есть желание ответить на вызов, для чего потребуется показать все, на что я способен. И, кроме того, меня влечет опасность; возможно, это самое главное. Некоторые думают, что я сумасшедший, но я знаю, что эта мечта может так и не осуществиться в этой жизни, хотя это не останавливает меня; в этом желании есть что-то символическое, и я не могу отказаться от него. Здесь нам надо понять нечто существенное. В наших сердцах есть желания, которые являются ключевыми для нашей личности; они пробуждают в нас что-то трансцендентное, вечное. Но мы можем ошибаться насчет того, каким образом эти желания могут осуществиться. То, как Господь удовлетворит наши желания, может не совпасть с тем, как мы это себе представляли.

За прошедший год или около того я принял несколько решений, которые показались бы лишенными смысла, если бы у нас с Богом не было близких отношений. Я оставил должность, которую занимал, и стал работать на себя, следуя за мечтой, так долго пугавшей меня. Я собрал разрозненные обрывки планов, которые мы строили с моим лучшим другом и партнером Брентом до того, как он погиб в горах. Но что кажется самым невероятным, я снова открыл свое сердце для дружеских отношений и обрел нового партнера, с которым мы направляемся туда, где я расстался с Брентом. Борьба была тяжелой; этот подъем оказался очень крутым и потребовал от меня напряжения всех моих сил. Ставка, которую я сделал в этот раз, очень высока – безусловно, в финансовом, но что еще важнее, в духовном смысле. От меня требуется такая концентрация физических, душевных и духовных сил, которой я никогда до этого не знал.

Но, возможно, самым тяжелым является для меня непонимание окружающих меня людей, с которым я сталкиваюсь ежедневно. Иногда вокруг меня завывает ветер; иногда я начинаю бояться, что сорвусь вниз. В другой раз я чувствую, что выход есть, надо лишь рискнуть и пройти по самому краю пропасти. И в моем сердце рождается вопрос. Что мы делаем, Господи?

Мы поднимаемся на Эверест.



 
Другие материалы этого автора
 
Нашли опечатку? Выделите текст, нажмите Shift + Enter и отправьте нам уведомление.